Будет ли государство платить за ущерб, причиненный дронами?

На восточной границе Латвии угроза со стороны военных дронов перестала быть просто теоретическим сценарием безопасности. Весной Национальные вооруженные силы сообщили о нарушении воздушного пространства Латвии иностранным беспилотником со стороны России и обнаружении обломков дрона в Краславском крае, а в мае ситуация стала еще более конкретной: на территории Латвии были обнаружены два упавших беспилотника, один из которых упал в Резекне, на территории нефтебазы. Позже Госполиция подтвердила, что по этому объекту были нанесены удары двумя дронами.

Эти события обострили вопрос, который до сих пор относился скорее к планированию кризисных ситуаций, чем к повседневной политике: кто возместит ущерб, если оснащенный взрывчаткой военный дрон повредит частный дом, автомобиль, хозяйственную постройку или имущество предприятия? В случае с Резекне пострадавшее предприятие указало, что убытки невелики и их покроет страховка, однако этот пример не дает ответа на более широкую проблему: не у всех объектов есть соответствующее страховое покрытие, и не всегда условия полиса предусматривают компенсацию за инциденты военного характера.

Поэтому в Латгалии все громче звучит требование четкого ответа от государства. С точки зрения жителей и предпринимателей, обязанность государства - обеспечить безопасную среду; если это невозможно полностью гарантировать в условиях внешней военной угрозы, то государство должно предусмотреть понятный порядок возмещения ущерба, причиненного такими инцидентами. Эту дискуссию усиливают и предупреждения служб безопасности о том, что инциденты с дронами у границы Латвии могут повториться и жители должны быть готовы действовать осторожно - не приближаться к обломкам дронов, не трогать подозрительные предметы и немедленно сообщать по телефону 112.

Что произошло в Латгалии: от предупреждений до реальных ударов

В Латгалии угроза дронов за последние месяцы перешла из разряда теоретического риска в конкретные инциденты с видимыми последствиями. В конце марта на восточной границе Латвии были зафиксированы два случая, связанных с неопознанными беспилотниками, один из которых закончился взрывом в Краславском крае. После осмотра места происшествия Национальные вооруженные силы пришли к выводу, что воздушное пространство Латвии нарушил дрон украинского происхождения. Этот случай показал, что даже дроны, не нацеленные на Латвию, в условиях войны могут отклониться от курса и создать риск для жителей приграничья.

Еще более серьезный инцидент произошел в ночь на 7 мая, когда в воздушное пространство Латвии со стороны России влетели несколько иностранных беспилотников. Два из них упали в Латгалии, и один попал на территорию нефтебазы в Резекне. Изначально сообщалось, что на объекте повреждены четыре пустых нефтяных резервуара и у одного резервуара тлела обшивка, которую оперативно потушили. В то же время в Резекненском, Лудзенском и Балвском краях была объявлена угроза воздушного пространства, а в ряде самоуправлений из соображений безопасности был отменен учебный процесс в образовательных учреждениях.

После первоначального расследования Госполиция подтвердила, что по объекту нефтебазы в Резекне были нанесены удары двумя дронами, а не произошло одно отдельное падение. Уголовный процесс о преступлениях против государства был передан в Службу государственной безопасности. Эта деталь существенна, так как она меняет восприятие события: речь идет уже не просто о случайно упавшем объекте, а об инциденте, в котором гражданская инфраструктура на территории Латвии фактически оказалась в зоне военного воздействия.

Службы безопасности уже ранее предупреждали, что подобные случаи могут повториться. По мере продолжения войны России против Украины существует риск, что оснащенные боеголовками иностранные беспилотники могут приближаться к границе Латвии или пересекать воздушное пространство страны. Поэтому вопрос о возможном возмещении ущерба - это не просто реакция на один эпизод в Резекне или Краславском крае. Это становится практическим вопросом политики безопасности: если такие инциденты повторятся и в следующий раз пострадает частный дом, хозяйство или предприятие, жители должны знать, к кому обращаться и в каком порядке будет оцениваться ущерб.

Требование жителей и предпринимателей: безопасная среда или возмещение ущерба

После инцидентов с дронами в Латгалии вопрос уже не только в том, как быстро государство способно зафиксировать нарушение воздушного пространства или предупредить жителей. Все громче звучит требование ответа и на практический вопрос: что произойдет с имуществом людей и предприятий, если следующий дрон упадет не в пустом поле или на промышленной территории, а на частный дом, хозяйственную постройку, автомобиль или производственный объект. Такое требование публично выдвинул Союз зеленых и крестьян, указав, что государство должно предусмотреть компенсационные меры для жителей и предпринимателей, если дроны страны-агрессора создают угрозу безопасности и убытки на территории Латвии.

В основе этого требования лежит простая логика: государство отвечает за безопасность границы, воздушного пространства и жителей. Если из-за внешней военной угрозы эту безопасность невозможно гарантировать полностью, жители ожидают хотя бы четкого механизма возмещения ущерба. В случае с нефтебазой в Резекне пострадавшее предприятие указало, что убытки невелики и их покроет страховка, однако этот случай скорее высвечивает проблему, чем решает ее. Страхование может помочь в конкретной ситуации, но это не универсальный ответ для всех владельцев, так как условия полисов, объем покрытия и исключения могут различаться.

Особенно сложная ситуация может возникнуть у частных лиц. Если человеку повреждено жилье или хозяйственная постройка, ему сначала придется доказать размер ущерба, обстоятельства происшествия и связь между повреждениями и конкретным инцидентом. В юридической дискуссии уже звучало, что иск к государству не был бы автоматическим: чтобы взыскать убытки, обычно нужно доказать противоправные действия государственного учреждения, факт ущерба и причинно-следственную связь между ними. Именно поэтому политически предложено говорить не только о судах после каждого инцидента, а о заранее установленном порядке компенсаций, который был бы понятен людям еще до следующего кризиса.

Такой механизм был бы важен и для предпринимателей, особенно тех, чьи объекты находятся в приграничье или вблизи критической инфраструктуры. Удары дронов по нефтебазе в Резекне показали, что военный инцидент может затронуть и гражданскую хозяйственную деятельность. Госполиция после случившегося подтвердила, что по нефтебазе были нанесены удары двумя дронами, а уголовный процесс начат по разделу Уголовного закона о преступлениях против государства. Это означает, что такие случаи - не просто эпизоды повреждения имущества, это одновременно инциденты безопасности, последствия которых могут превышать возможности одного владельца решать их частными средствами.

Существует ли сейчас четкий механизм компенсаций?

В настоящее время не видно одного четкого механизма, предназначенного именно для ущерба, причиненного военными дронами, который автоматически гарантировал бы частному лицу или предприятию возмещение за поврежденное имущество. В Латвии существует общее регулирование о возмещении ущерба, причиненного учреждениями государственного управления, однако оно по сути создано для ситуаций, когда ущерб вызван противоправными действиями государственного учреждения, административным актом, фактическим действием или бездействием. Это означает, что одного факта - на территории Латвии упал или попал военный дрон - еще недостаточно для автоматического возникновения обязанности государства выплатить компенсацию. Нужно было бы оценивать, действовали ли государственные институции в конкретном случае противоправно, доказуем ли ущерб и существует ли причинно-следственная связь между действиями или бездействием государства и причиненным вредом.

Это существенное разграничение. Если инцидент с дроном вызван военными действиями иностранного государства или отклонившимся в условиях войны беспилотником, первичным источником вреда не является государственное учреждение Латвии. Следовательно, для человека, чье имущество пострадало, юридический путь может стать сложным: ему пришлось бы доказывать не только размер повреждений, но и то, что государство в конкретной ситуации не сделало того, что должно было сделать. В публичной юридической дискуссии о дронах над Резекне уже указывалось, что в таких случаях мог бы оцениваться Закон о возмещении ущерба, причиненного учреждениями государственного управления, однако это не то же самое, что специальный компенсационный фонд или автоматическое возмещение всем пострадавшим.

Также регулирование гражданской защиты больше концентрируется на безопасности людей, среды, инфраструктуры и имущества в случае катастрофы или угрозы катастрофы, а не на простой выплате компенсаций после каждого инцидента безопасности. Цель Закона о гражданской защите и управлении катастрофами - определить работу системы и компетенцию ответственных институций, чтобы по возможности обеспечить защиту в ситуациях угрозы. В то же время такое регулирование само по себе не решает вопрос, как быстро и из какого бюджета возмещались бы, например, убытки за поврежденную крышу, выбитые окна, сгоревшую хозяйственную постройку или прерванную предпринимательскую деятельность.

Именно поэтому прозвучавшее в Латгалии требование компенсаций фактически является требованием отдельного политического и юридического ответа. Если государство решит ограничиться только существующим регулированием, каждый случай может попасть в индивидуальный процесс доказывания и споров - с материалами полиции, экспертизами, оценкой страховщиков и, возможно, судебными разбирательствами. Если создается специальный механизм компенсаций, то нужно было бы заранее определить, что является возмещаемым ущербом, какие доказательства нужно подать, какое учреждение принимает решение, в какой срок выплачивается возмещение и пытается ли государство потом само взыскать убытки с виновной стороны.

Роль страхования: помощь только в том случае, если полис это предусматривает

Случай с нефтебазой в Резекне показал, что страхование может быть первым практическим инструментом для покрытия убытков. Предприятие “East-West Transit” после ударов дронов указало, что убытки невелики и их покроет страховая компания. В то же время предприятие заявило, что из соображений безопасности не будет продолжать деятельность на нефтебазе в Резекне, так как не может обеспечить безопасность сотрудников. Это означает, что страхование может покрыть прямые имущественные повреждения, но оно не всегда решает более широкие последствия - прекращение деятельности, риски безопасности, репутационные потери или дополнительные расходы, возникающие после инцидента.

Для частных лиц ситуация может быть еще более неясной. Если военный дрон повредит дом, сарай, автомобиль или другое имущество, решение страховщика будет зависеть от условий конкретного полиса. В публичном разъяснении Латвийской ассоциации страховщиков о гипотетической ситуации, в которой дрон разрушает застрахованное здание, подчеркивается, что решающим является то, что написано в договоре. Также представители страховой отрасли в СМИ указывали, что у части клиентов покрытие может быть достаточным, но в “пустых” полисах такой риск может быть не включен.

Особенно важно исключение войны и форс-мажора. Во многих договорах страхования военные действия, военные конфликты, терроризм или подобные чрезвычайные обстоятельства могут быть исключены из покрытия. Это означает, что два внешне похожих случая могут закончиться по-разному: одному владельцу возмещение выплачивают, а другому отказывают, так как конкретный полис такой риск не предусматривает или классифицирует его как исключение. Кроме того, в Латвии нет одной универсальной формулы, по которой все страховщики одинаково оценивали бы “force majeure” или инциденты военного характера; каждый договор нужно читать отдельно.

Эта зависимость от условий полиса - одна из причин, почему вопрос о государственных компенсациях не исчезает даже тогда, когда у части владельцев есть страховка. Страхование - это частный договор между клиентом и компанией, а не государственная гарантия. Оно может быть эффективным, если риск включен, убытки задокументированы и страховщик признает их возмещаемыми. Однако, если полис не предусматривает повреждения, вызванные военным дроном, или если страховщик применяет исключение, владелец может остаться с убытками сам.